г. Москва, ул. Абельмановская, д. 4
Тел: +7 (495) 790-49-70













Хламидиоз и простатиты


М.А.Гомберг,1 В.П. Ковалык.2

1 Московский научно-практический центр дерматовенерологии и косметологии, главный научный сотрудник, Профессор, д.м.н., 
Член Royal College of Physicians (RCP), Член Американской Академии Дерматологии (AAD), член Европейской Академии Дерматовенерологии (EADV), Старший Советник Международного Союза по борьбе с инфекциями, передаваемыми половым путем (IUSTI).

2 ФГОУ ИПК ФМБА России, кафедра дерматовенерологии и косметологии профессор, к.м.н.


Может ли C. trachomatis являться причиной хронического простатита? Этим вопросом многие исследователи задаются со времени идентификации хламидий как этиологического  агента при уретритах.

Причем в публикациях встречаются совершенно противоречивые факты, как подтверждающие, так и опровергающие  саму возможность хламидийной этиологии простатита. Ниже представлены собранные нами сведения, касающиеся этого вопроса, а читателям мы предоставляем возможность сделать собственные выводы относительно убедительности приведенных данных.

            Вообще всегда считалось, что проблемы простатита тесно связаны с уретритами, особенно теми из них, которые принято классифицировать как хронические. Очевидно, что достаточно большое число различных видов микроорганизмов могут  являться причиной таких уретритов.

Рутинное обследование пациентов с уретритами требует разнообразных диагностических  методов  для выявления столь же разнообразных возбудителей, которые могут оказаться этиологическими агентами этих уретритов. Между тем, до середины прошлого века основной причиной уретрита у мужчин считали гонококк.

Однако уже  с 50-х –60-х годов стала возрастать пропорция больных,  адекватно пролеченных от гонореи, у которых можно было исключить реинфекцию, но  у которых при этом оставались симптомы воспаления. Последующие микробиологические исследования не обнаруживали у этих пациентов никаких патогенных агентов. Таким больным выставляли диагноз негонорейного идиопатического уретрита и объясняли, что действенного лечения при этом не существует. Следует отметить, что уже тогда  обратили внимание на то, что некоторые из этих пациентов были успешно излечены  тетрациклином.  Правдоподобного объяснения этому факту тогда не существовало. Так продолжалось до 1964 года, когда Eric Dunlopp  с соавторами первыми изолировали C. trachomatis от пациентов с  НГУ [1].  С тех пор доля хламидиоза в общей массе ИППП стала стремительно возрастать,  давно уже обогнав по своей частоте гонорею. Пик заболеваемости хламидиозом в развитых странах пришелся на 1986-87 годы, после чего наметился некоторый спад.

            В настоящее время C. trachomatis и U. urealyticum являются наиболее частыми находками при не- и постгонорейных уретритах.  Логично было бы предположить, что хламидии восходящим каналикулярным путем  могут инфицировать и  предстательную железу. Ведь тот факт, что хламидии могут являться причиной эпидидимита, сомнений давно уже ни у кого уже не вызывает, причем это осложнение хламидийной инфекции у мужчин относят к числу наиболее серьезных  [2-4]

Но если этиологическая роль C.trachomatis  в возникновении эпидидимита или уретрита считается доказанной, то в случае простатита вопрос о непосредственном участии хламидий в возникновении воспаления ткани предстательной железы пока не решен [5-12].

Обнаружение C. trachomatis в предстательной железе

Как известно, определение роли какого-либо микроорганизма в этиологии воспаления базируется на следующих основных принципах:

  • наличии воспаления органа при одновременном наличии там именно этого микроба;
  • исчезновении признаков заболевания после элиминации данного микроорганизма;
  • возможности создания экспериментальной модели воспалительного процесса при воздействии данного микроорганизма;

Не смотря на то, что данные постулаты немецкий бактериолог Роберт Кох (1843-1910 гг), выдвинул около ста лет назад, они, до определенной степени, сохраняют свое значение и по сей день

Причем  истинная  роль C.trachomatis в развитии простатита

остаётся  неясной, в основном из-за методологических проблем, поскольку в большинстве исследований нельзя было полностью исключить контаминацию секрета простаты уретральным содержимым.

            Как уже говорилось выше, в большинстве работ посвященных этому вопросу,  результаты оказывались противоречивыми из-за различных критериев отбора пациентов и слишком  разнообразных методов исследования. Чаще всего для обнаружения C. trachomatis исследователи использовали метод изоляции возбудителя на культуре клеток. Однако в случае простатита  такая методика  не всегда адекватна из-за возможного влияния ингибирующих веществ, содержащихся  в секрете предстательной железы. Также, крайне затруднительно применять прямую иммунофлуоресценцию из-за малого количества эпителиальных клеток в секрете простаты и в сперме.

Пионером в области изучения вопроса взаимоотношения хламидийной инфекции и простатитов является P.-A. Mardh, который в1972 году исследовал сыворотки 79 мужчин с “неострым простатитом” и 72 мужчин – доноров на наличие хламидий, используя для диагностики тест связывания  комплемента [13]. В группе пациентов с “неострым простатитом”  в  33% случаев были обнаружены C. trachomatis, в то время как в контрольной группе лишь  этот возбудитель находили лишь в 3%  случаев. Недостаток этой работы заключается в  размытости группы больных и применении слабоспецифичного теста связывания комплемента. В этом исследовании использовали  пситаккозный антиген фирмы Wellcomе. Этот же автор спустя 6 лет опубликовал прямо противоположные данные: при исследовании  уретральных соскобов у больных хроническим абактериальным простатитом хламидии были обнаружены лишь у 1 пациента из 53, а антитела к C. trachomatis в сыворотке или секрете простаты были выявлены лишь у 13% больных. При исследовании же секрета предстательной железы, полученного путем массажа,  ни один из 28 образцов не был положителен на C. trachomatis. В этом исследовании для диагностики хламидий применяли уже  культуральный метод. И не смотря на то, что в этой же работе при изучении антительного ответа были получены более результативные данные, вывод был сделан такой: хламидии играют минимальную, если вообще хоть какую-то роль в течении неострого простатита [14]. Другие работы с участием скандинавских ученых приводили к подобному же выводу[15-17]. Позднее Mardh высказал предположение, что столь низкая результативность выявления хламидий при культуральном исследовании может быть связана с  антихламидийным эффектом спермина и цинка, содержащихся в секрете железы [18]. И другая группа ученых при культуральном исследовании не обнаружила хламидий в уретре у мужчин с абактериальным простатитом и простатодинией, равно как не выявили ассоциации этих синдромов с общим или местным иммунным ответом на С.trachomatis [19].

Другим путем пошли шведские ученые во главе со Stig Nilsson. У 71 пациента с острым негонококковым уретритом исследовали секрет простаты, полученный после мочеиспускания, при этом автор обнаружил C. trachomatis у 26 (36,6%) из этих пациентов. Во  всех 26 образцах секрета простаты количество  лейкоцитов оказалось  выше 20 в поле зрения, т.е. имелись цитологические признаки простатита. Любопытно также, что повторные исследования спустя 1 неделю безо всякого лечения показали спонтанное исчезновение C. trachomatis из уретры у 27% пациентов, а из секрета простаты только у 4%. Таким образом,  авторы посчитали, что существует положительная корреляция между наличием C. trachomatis и подострым (латентным) простатитом [20]. Последовали и другие сообщения, в которых часто выявляли хламидии из мочи и секрета простаты у больных с абактериальным простатитом [21-24]. Однако наличие хламидий в самой простате, равно как и признаки, согласно которым выставлялся диагноз простатита, вызывали сомнения.

Дело в том, что  одно только определение  C. trachomatis в секрете предстательной железы после проведения массажа простаты с последующим взятием секрета из области наружного отверстия уретры,  не вполне  соответствует строгим критериям научных исследований при установлении этиологической роли этого возбудителя. При пассаже через мочеиспускательный канал секрет простаты неизменно становился контаминированным уретральным содержимым, и никакие манипуляции (например, предварительное мочеиспускание перед взятием секрета простаты) не могли полностью исключить тот факт,  что хламидии, обнаруженные во взятом таким образом секрете,  не могли попасть в него  из уретры. В более поздних работах материал брали другими методами. К тому же, как впоследствии стало известно,  секрет простаты является токсичным для линий культуры клеток, предотвращая внедрение элементарных телец хламидий в клетки монослоя, что могло являться главной причиной последующих ложноотрицательных результатов [25]. Между тем, и в совсем недавних публикациях исследователь из Хорватии Slavko Sсhönwald  придерживается той точки зрения, что обнаружение C.trachomatis в той порции мочи, которая была  получена  после массажа простаты, подтверждает хламидийное происхождение простатита, если в порции мочи до массажа простаты хламидии при культуральном исследовании отсутствовали [26].

Так может ли сам по себе факт наличия хламидий в уретре или даже  в тканях предстательной железы у больных с явлениями простатита однозначно свидетельствовать в пользу этиологической роли  Chlamydia trachomatis в возникновении этого процесса?

 Как раз на этот счет и существуют самые разные точки зрения. Для большей достоверности результатов  были предприняты попытки выявления хламидий из ткани предстательной железы в условиях, исключающих контаминацию исследуемого материала хламидиями из уретры. Эти работы, опубликованные  Poletty с соавторами  в 1985 г., явились  определенным этапом в изучении вопроса о роли хламидий в развитии простатита  [27]. Эти авторы изучали  трансректальные аспирационные биоптаты предстательных желез 30 больных хроническим абактериальным простатитом,  из уретры которых изолировали культуру C. trachomatis. Положительный результат культурального исследования был получен  в 10 из 30 случаев (33%). Позже об этой работе стали говорить как о слабо контролируемой, поскольку в ней отсутствовали доказательства наличия хронического воспаления железы (гистологические исследования), а биопсийный материал,  по мнению некоторых ученых,  содержал эпителий задней  уретры. Этим, кстати,  стали  объяснять столь высокую долю обнаружения хламидий. Но большая часть критических замечаний по поводу вышеуказанной работы была из-за использования трансректальной биопсии. Таким образом, пренебрегалась возможность контаминации хламидиями из слизистой прямой кишки при асимптоматических хламидийных проктитах,  о которых писали Quinn T.C. и соавторы [28] и Munday P.E. [29]. В более поздних работах применяли только двухигольчатую чрезпромежностную пункцию.

В 1986 году Pust и его исследовательская группа из ФРГ обследовали 32 мужчин, используя трансперинеальную биопсию и обнаружили C. trachomatis в шести случаях в задней части уретры и в одном случае в ткани предстательной железы. При этом для диагностики использовали прямую иммунофлуоресценцию [30].

В нашей стране также были проведены исследования по выявлению хламидий в предстательной железе, при которых у больных  уретропростатитами обнаруживали элементарные тельца хламидий в препаратах секрета предстательной железы, взятого путем трансперинеальной пункции и обработанного противохламидийными моноклональными антителами [31].

Определенной вехой в изучении хламидийной природы простатита явилась работа Shurbaji и соавт., опубликованная в 1988 г.  В этом исследовании оценивали биопсийные срезы предстательной железы у 16 пациентов с гистологически подтвержденным диагнозом “хронический простатит”.   В 5 случаях  (31%) был обнаружен антиген C. trachomatis  с помощью иммуногистохимического метода,  в то время как в контрольной группе (пациенты с доброкачественной гиперплазией предстательной железы) положительные результаты совершенно отсутствовали. Авторы сделали вывод, что наличие хламидийной инфекции почти всегда кореллирует с лейкоцитозом в секрете ПЖ, из чего пришли к заключению, что C. trachomatis вероятно является этиологическим агентом хронического простатита [32].

В какой то мере получено объяснение того факта, что симптомы простатита продолжают оставаться даже после соответствующего лечения хламидийной инфекции. В одном из исследований Kobayashi c соавторами обнаружили хламидийный антиген с помощью иммуноцитохимического метода в биоптатах простаты, взятых после адекватной терапии [33].

Была предпринята попытка изолировать хламидии из подозрительных участков в ткани предстательной железы, определяемых путем трансректального ультразвукового исследования.  В исследованиях A.  Doble с коллегами авторов привлекли внимание участки с высокой и низкой эхогенностью. Они изучили материал от 60 больных хроническим абактериальным простатитом, отобранных согласно критериям Meares - Stamey.  Для детекции хламидий одновременно использовали прямую иммунофлуоресценцию и культуральное исследование. Оказалось, что биоптатах, взятых трансперинеально под ультразвуковым наведением из зон, выглядевших патологическими,  C. trachomatis ни при культуральном исследовании, ни при ПИФ обнаружить не удалось. Более того, ни у кого из пациентов не было зарегистрировано повышение титра противохламидийных антител в сыворотке. Полученные результаты отразились и на  выводах: “ нет данных о прямой связи хламидий с хроническим простатитом, хотя их активная роль на начальных этапах болезни не может быть исключена”[34].

Abdelatif и соавт. в 1991 году провели изучение образцов тканей предстательных желез, полученных путем трансуретральной резекции. Метод, которым пользовались для обнаружения C. trachomatis называется колориметрическая гибридизация in situ. С помощью этого метода был обнаружен генетический материал хламидий в 7 из 23 образцов (30.4%).  Важно заметить, что хламидийные включения были обнаружены внутри эпителиоцитов и гистиоцитов в 5 из этих 7 случаев, а   в 2 случаях внутри эпителия обнаруживали только ретикулярные тельца хламидий [35].

В работе Wolfgang Weidner  с соавторами  был достаточно тщательно на то время  проанализирован вопрос о роли хламидий и микоплазм в возникновении хронического простатита. В различных работах [36-39] уже была установлена высокая корреляция наличия вышеуказанных бактерий с цитологическими изменениями секрета ПЖ и постмассажной, 3-й порции мочи (VB-3). Weidner  со своими коллегами после обследования 233 мужчин с признаками и симптомами хронического простатита, обнаруживали C. trachomatis   в секрете простаты, взятом после массажа, в 43 (18,3%) случаях, причем лишь  у 20 из них отмечали повышенный лейкоцитоз в секрете.   В то же время в контрольной группе здоровых лиц хламидийную инфекцию обнаруживали только в 7,7% случаев при нормальном состоянии секрета простаты у всех обследованных в этой группе. Причем в контрольной группе даже у тех мужчин, у которых C.trachomatis в  секрете простаты обнаруживали, противохламидийных антител в сыворотке при микрофлуоресценции не обнаруживали. В то же время при наличии признаков простатита с одновременным присутствием C.trachomatis в  секрете отмечали положительную корреляцию результатов этого теста с повышенным числом лейкоцитов в 3-й порции мочи, а у 13 из 15 таких мужчин выявляли повышенный титр сывороточных антител (> 1:8) против различных серотипов C.trachomatis (в основном  I, J, E и G).   В конце концов, эти авторы пришли к заключению, что и C.trachomatis и U.urealyticum могут рассматриваться как этиологические агенты во многих случаях хронического бактериального простатита. Причем инфицирование простаты, по мнению этих исследователей, происходит интраканаликулярно восходящим путем из уретры.

Dan с соавторами изучил около 100 биоптатов, полученных с помощью трансуретральной резекции предстательной железы. Положительные результаты на хламидии были зарегистрированы в 3-х случаях [40].

Венгерские исследователи во главе с А.Kadar для обнаружения C. trachomatis пользовались гибридизацией in situ, и обнаружили этот микроорганизм в 3 из 11 биоптатов предстательной железы, полученных от пациентов с диагнозом хронический абактериальный простатит [41].  

М.И. Глузмин совместно с В.А.Молочковым  исследовали секрет простаты, полученный путем трансперинеальной пункции у 57 больных хроническим простатитом. Диагноз простатита ставили на основании клинической картины, определения антиоксидазной активности секрета предстательной железы и сыворотки крови, обнаружении в секрете простаты более 10 лейкоцитов в поле зрения при увеличении х 200. Методом ПИФ C. trachomatis были обнаружены в 4 случаях из 8, в которых хламидии находили также и в уретре. Хотя авторы и не делали выводов об этиологической роли хламидийной инфекции в возникновении хронического простатита, но они допускали ее участие в патогенезе простатита [42].

Изучаемый нами вопрос находится в прямой зависимости от чувствительности методов обнаружения C. trachomatis. Все вышеперечисленные ограничения, присущие культуральному методу были дополнены ещё одним: он недостаточно чувствителен в обнаружении малого количество микроорганизмов. Это было показано при изучении  случаев трахомы при которых культуральное исследование оставалось отрицательным а  хламидийные ДНК и РНК обнаруживались с помощью ПЦР [43].

Все вышеприведенные работы в большинстве своем ставили задачу обнаруживать хламидийный антиген в ткани предстательной железы или в её секрете.

Выявление анти - C. trachomatis антител в секрете предстательной железы и эякуляте

До определенного момента казалось очевидным, что если этот микроорганизм достоверно находят в воспаленном органе (в данном случае, в простате), то причина воспаления именно в этом микроорганизме. Однако в 1983 г. подобная уверенность пошатнулась из-за открытия исследователем из Великобритании Kirby уретропростатического рефлюкса [44].  Стало понятно, что элементарные тельца хламидий, имея размер около 300 нм, также способны проникать в простатические ацинусы, как и угольные частички в опытах  Kirby. Следовательно, простое нахождение C. trachomatis в тканях предстательной железы могло оказаться случайным и не имеющим прямого отношения к возникающему хроническому воспалению. Нужны были более веские доказательства причинной связи хламидий с хроническим простатитом.

Постепенно многие ученые стали утверждаться в мысли, что пролить свет на этот вопрос способно изучение иммунного ответа организма в целом и предстательной железы в частности в ответ на  внедрение инфекционного агента. В соответствии с современными требованиями, постулаты Коха дополнили еще одним: для доказательства этиологической роли микроорганизма в определенной болезни необходимо убедиться в наличии  иммунного ответа макроорганизма на этот микроорганизм;

В случае хламидий показателем такого специфического иммунного ответа был избран антихламидийный секреторный иммуноглобулин класса А. Действительно, ведь именно он способен отразить отношение макроорганизма и самой предстательной железы к проникновению хламидийной инфекции. Наличие именно специфического IgA в секрете простаты указало бы на активную роль C. trachomatis в возникновении и поддержании воспаления в предстательной железе.

Suominen с соавторами, обследуя бесплодных мужчин, у 51,1%  из них обнаружили антихламидийный IgA  в эякуляте, что сопровождалось повышенным  лейкоцитозом и сниженным содержанием кислой фосфатазы. В то же время  доля мужчин с наличием антихламидийного IgA оказалась существенно ниже в группе пациентов с бесплодием и нормальным содержанием лейкоцитов ( 26,9%) , а также в контрольной группе фертильных мужчин  (23,2%). Вывод в данном случае очевиден: поскольку частота выявления антихламидийного IgA в группе пациентов с простатитом  оказалась в 2 раза выше, чем без него, хламидии следует рассматривать как этиологический агент заболевания [45].

Исследователи из США,  Shortliffe et al.,  проводя свои исследования, стремились обнаружить основной этиологический агент хронического воспаления предстательной железы. И хотя их ждало разочарование, ряд убедительных данных им все же удалось продемонстрировать. Работа этих авторов заключалась в определении специфических IgA к ряду потенциальных этиологических агентов хронического простатита: Chlamydia trachomatis, Ureaplasma urealyticum, Staphylococcus spp., Staphylococcus faecalis, Bacteroides fragilis и Clostridium perfringens. Из 44 мужчин с небактериальным простатитом у  9 (20,5%) обнаружили антихламидийный IgA  в секрете простаты, в то время как в контрольной группе этот показатель составлял 12%, а в группе с бактериальным простатитом 15,4%. Антитела же к остальным исследуемым бактериям встречались редко [46].

Ludwig с соавторами исследовали уровень иммуноглобулинов у 101 мужчины, используя реакцию иммунофлуоресценции [47].  Полученные данные сопоставляли с клинической картиной, результатами изоляции возбудителя на клеточной культуре, при взятии материала на хламидии из уретры, наличием хламидийной ДНК в эякуляте, а также с  количеством пероксидазоположительных лейкоцитов и уровнем эластазы в сперме. В сыворотке крови были обнаружены хламидийные IgG и IgA в 26% и 15% случаях, соответственно, в то время как в эякуляте эти показатели были 6% и 7%, соответственно. Авторы сделали вывод, что  сывороточные  антитела не имеют диагностического значения, поскольку их уровень  не коррелировал с частотой обнаружения хламидийной ДНК, результатами культуральной диагностики, уровнем эластазы и количеством лейкоцитов в сперме. Достоверная корреляция была отмечена между уровнем хламидийных антител и результатами полимеразной цепной реакции в сперме. Таким образом, определение спермальных антител к C. trachomatis может использоваться для диагностики латентной инфекции, хотя отсутствие их не исключает наличия хламидий.

Интересная работа была опубликована в Японии группой Koroku. Они исследовали наличие антихламидийного специфического IgA в секрете предстательной железы (для определения уровня иммуноглобулинов использовали чувствительный и специфический тест Western blot), а также антител к белку теплового шока (БТШ) хламидий молекулярной массой 60 кДа (анти-БТШ  IgA). Противохламидийные IgA были обнаружены в 44 из 169 образцов (26%) и в 20 из 69 случаев (29%), когда имелось повышенное количество полиморфноядерных лейкоцитов в секрете ПЖ. Вместе с тем, анти-БТШ IgA были обнаружены в 5 из 13 подобных образцов (с повышенным количеством полиморфноядерных нейтрофилов в секрете ПЖ), что составило 38,5%. Напротив, в образцах с нормальным количеством лейкоцитов не было зарегистрировано анти-БТШ IgA. Таким образом, в этом исследовании иммунологические данные свидетельствуют о том, что почти у 30% больных хроническим простатитом хламидии все же могли явиться этиологическим  агентом [48]. По мнению S.Mazzoli, много занимавшейся проблемой хламидийной инфекции верхних отделов репродуктивного тракта у мужчин, лучшими маркерами хламидийной инфекции при урологических и андрологических исследованиях, когда требуется обнаружить эту инфекцию в семенной жидкости, являются ПЦР и определение секреторных IgA [49-50]. Согласно результатам исследований Mazzoli и соавторов, доложенных на 3 Съезде Европейского Общества по изучению хламидий, получены достаточно убедительные данные, подтверждающие хламидийное происхождение простатита, причем авторы считают, что патогенез хламидийного простатита носит явный иммунный характер [51].

На сегодняшний день не существует убедительных данных об излечении простатита после соответствующего лечения хламидийной инфекции, хотя в ряде исследований положительная динамика простатита  после успешной противохламидийной терапии все же была отмечена [26, 52]. С другой стороны, речь идет о хроническом заболевании, при котором критерии выздоровления не вполне ясны. Кроме того, ввиду многих технических сложностей, так и не было создано экспериментальных моделей хронического хламидийного простатита.

Как следует  из представленных выше данных,  вопрос о влиянии Chlamydia trachomatis на развитие хронического простатита сложен и ответ на него неоднозначен. Исследования в этом направлении постоянно  эволюционировали в течение  последних 30 лет. Мнения ученых по этому вопросу в настоящее время варьируют от полного отрицания существования самого понятия хламидийного простатита до безоговорочного принятия утверждения, что хламидии вызывают хронический простатит. По мнению Walter Stamm при проведении будущих исследований в поисках ответа на вопрос о роли хламидий в развитии простатита следует, прежде всего, более четко договориться  насчет определения того, что  же все-таки понимать под абактериальным простатитом, включая вопрос о допустимом  количестве клеток в секрете простаты.  Необходимо также учитывать и результаты обычных гистологических исследований, проводить иммуногистохимическое изучение биоптатов железы, серологические тесты, а для выявления хламидий в простате пользоваться наиболее чувствительными методами молекулярной диагностики, такими как ПЦР, ДНК-гибридизация in situ.  Кроме того,  для установления роли хламидий при простатите следует оценивать результаты ответа на соответствующую терапию [53].

Обсуждение

Если суммировать процитированные выше данные (особенно весомыми при этом представляются нам  работы с определением  противохламидийных  IgA в секрете железы и в эякуляте),  то  на сегодняшний день создается впечатление, что количество исследований, где достаточно убедительно показана роль C.trachomatis в генезе хронического простатита, все же  значительно превышает таковые, где этой роли проследить не удавалось.

Следует оговориться, что исследования по выявлению анти- C. trachomatis антител также не были лишены методологических проблем. Оказалось, что ряд методов идентификации анти- C. trachomatis антител перекрестно реагируют с другими видами хламидий: а именно C. pneumoniae и C. psittaci.    

Список литературы.

 
  1. Dunlopp E.M.C., Jones B.R., Al-Hussainin M.R. Relation of TRIC agent to “non-specific genital infection. Br J Vener Dis – 1966. – Vol. 42. – P.77-87
  2. Тищенко Л.Д., Кирпатовский И.Д., Сахель М.И. Лечение эпидидимитов у бесплодных мужчин с урогенитальным хламидиозом // Вестн. дерматол. венерол. – 1988. – № 2. – С.76-77.
  3. Ильин И.И. Урогенитальный хламидиоз // Медицинский вестник. – 1993. - № 11. – С.89-114.
  4. Berger R.E. Acute epididymitis. // Sexually Transmitted Disease / Holmes K.K. 3rd edition. Eds. Holmes K.K. et al. New York  1999. pp
  5. Игликов В. А. Современная диагностика, этиологическое и физиотерапевтическое лечение осложненного и неосложненного урегенитального хламидиоза у мужчин: Дисс. канд. мед наук. - Ставрополь, - 1998. – C.135.
  6. Чеботарев В. В., Кулачина Л. М. Хронический простатит - вопросы патогенеза // Вестн. дерматол. венерол. - 1997.- №3. - С. 17-20
  7. Morton R.C., Kinghorn G.R. Genitourinary Chlamydial Infection: a Reappraisal and Hypothesis // Int. J. STD AIDS. – 1999. – Vol.10. – P.765-775.
  8. Болотовский А.В., Перламутров Ю.Н. Выявление хламидийной инфекции при хроническом простатите. // Актуальные вопросы диагностики и лечения хламидийных инфекций. – М.,1990. – С.30-31.
  9. Жиров А.В., Горячев И.А., Петров О.В. и др. Антибиотикотерапия хронического простатита // Пленум Всеросс. общ. урологов: Тез. докл. – Пермь,1994. – С.73-74.
  10. Молочков В.А., Гостева И.В., Горчакова Л.Н. Роль хламидийной инфекции в развитии хронических воспалительных заболеваний у детей // Тез. докл. конф., посвящ. памяти Машкиллейсона А.Л. – М.,1997. - С.55.
  11. Friesen A., Hofstetter A., Baranskay V. et al. Bedeutung von Chlamydia trachomatis bei der chronisch entriindichen Uretro-Adnexitis des Mannes // Urolog. Ausg. A. – 1984. – Vol.23, № 3. – P.141-144.
  12. Stamm W. Chlamydia trachomatis infection of the adult. “Sexually transmitted diseases” 3rd edition. Eds. Holmes K.K. et al. New York  1999. pp. 407-422.
  13. Mardh PA, Colleen S, and Holmquist B. Chlamydia in chronic prostatitis. British Medical Journal 1972; volume 4; Р. 361.
  14. Mardh PA et al. Role of Chlamydia trachomatis in non-acute prostatitis. British Journal of Venereal Diseases 1978, volume 54, Р.330-334.
  15. Mardh PA, Colleen S: Serch for urogenital tract infections in patients with symptoms of prostatitis. Scand J Urol Nephrol 9:8, 1975.
  16. Colleen S, Mardh P-A: Studies on non acute prostatitis, clinical and laboratory findings in patients with symptoms of non-acute prostatitis, in Genital infections and Their Complications: Symposium Proceedings D Danielsson, L Juhlin, P-A Mardh (eds). Stockholm, Almquist and Wiksell International, 1975, p.121.
  17. Colleen S, Mardh P-A: Effect of methacycline treatment on non-acute prostatitis. Scand J Urol Nephrol 9:198, 1975.
  18. Mardh P.A. et al: Ingibiting effect on the formation of chamydial inclusions in McCoy cell by seminal fluid and some of its components. Invest. Urol 17:510,1980.
  19. Berger R.E. et al: Case-control study of men with suspected chronic idiopathic prostatitis. J Urol 141:328, 1989.
  20. Nilsson S., Johanisson G., Lycke E. Isolation of Chlamydia trachomatis from the urethra and prostatic fluid in men with signs and symptoms of acute urethritis. Acta Dermatovener. (Stockholm), 1981; vol. 61 p.456-9
  21. Bruce AW et al: The role of chlamidiae in genitourinary disease. J Urol 126:625-9, 1981.
  22. Bruce AW, Reid G: Prostatitis associated with Chlamydia trachomatis in 6 patients. J Urol 142:1006, 1989.
  23. Kuroda K et al: Detection of Chlamydia trachomatis in urethra of patients wih urogenital infections. Hinyokika Kiyo 35:453-6, 1989.
  24. Kennely MJ, Osterling JE: Conservative management of a seminal vesicle abscess. J Urol 141:1432,1989.
  25. Schachter J. Is Chlamidia trachomatis a cause of prostatitis J Urology 1985 vol. 134 p.711
  26. Skerk V., Schönwald S. Azithromycin in the treatment of chronic prostatitis, caused by Chlamydia trachomatis. ICMASKO .Bologna. Jan 23-25 2002, p.202.
  27. Poletti F, Medici MC, Alinovi A, Menozzi MG, Sacchini P, Stagni G, Toni M, Benoldi D. Isolation of Chlamydia trachomatis from the prostatic cells in patients affected by nonacute abacterial prostatitis. J Urol 1985 Oct;134(4):691-3
  28. Quine T.C. et al. Chlamydia trachomatis proctitis. New England Journal of Medicine 1981; 305:195-200
  29. Munday P.E. et al. Chlamydia trachomatis proctitis. New England Journal of Medicine 1981;305: 1158-9
  30. Pust and colleagues Klinische und experimentelle Urologie 11. (Weidner W, Brunner H, Krause W, Rothauge CF (eds) Therapy of prostatitis. Zuckschwerdt, Munich, 1986 pp. 102-9).
  31. Молочков В. А., Ильин И. И. Хронический уретрогенный простатит. - М., Медицина, 1998 - 304 с.
  32. Shurbaji MS et al. Immunohistochemical demonstration of Chlamydial antigens in association with prostatitis. Mod Pathol 1988;1:348-51
  33. Kobayashi TK, Araki H: Immunocytochemical detection of chlamydial antigen in both the urethral scrapping and prostatic aspirate in a case of abacterial prostatitis. ACTA Cytol 32:270, 1988.
  34. Doble A, et al: A search for infectious agents in chronic abacterial prostatitis using ultrasound guided biopsy. Br J Urol. 64:297, 1989.
  35. Abdelatif OM et al. Chlamydia trachomatis in chronic abacterial prostatitis: demonstration by colorimetric in situ hybridization. Hum Pathol. 1991 Jan;22(1):41-4
  36. Krauss H, Schiefer HG, Weidner W, Arens M, Ebner H. Significance of Chlamydia trachomatis in "abacterial" prostatitis. Zentralbl Bakteriol Mikrobiol Hyg [A] 1983 Jul;254(4):545-51
  37. Weidner W, Arens M, Krauss H, Schiefer HG, Ebner H. Chlamydia trachomatis in 'abacterial' prostatitis: microbiological, cytological and serological studies. Urol Int 1983;38(3):146-9
  38. Weidner W et al. Chronic prostatitis: a thorough search for etiologically involved microorganisms in 1,461 patients. Infection. 1991;19 Suppl 3:S119-25.
  39. Weidner W et al. Role of Chlamydia trachomatis and mycoplasmas in chronic prostatitis. A review. Urol Int. 1988;43(3):167-73.
  40. Dan M et al. Isolation of Chlamydia trachomatis from prostatic tissue of patients undergoing transurethral prostatectomy. Infection 1991 May-Jun;19(3):162-3.
  41. Kadar A, Bucsek M, Kardos M, Corradi G. Detection of Chlamydia trachomatis in chronic prostatitis by in situ hybridization (preliminary methodical report) Orv Hetil 1995 Mar 26;136(13):659-62
  42. Глузмин М.И. Некоторые особенности эпидемиологии, патогенеза и диагностики хронического уретрогенного простатита. Автореф. дисс. на соиск. степ. канд. мед. наук – Москва, 1991.
  43. Holland SM et al: Demonstration of chlamydial RNA and DNA during a culture negative state. Infect Immun 60:2040, 1992.
  44. Kirby R.S., Lowe D., Bultitude M.I., Shuttleworth K.E.D. Intra-prostatic urinary reflux: an aetiological factor in abacterial prostatitis. British Journal of Urology. 1982, 54, pp.729-31
  45. Suominen J, Gronroos M, Terho P, Wichmann L. Chronic prostatitis, chlamydia trachomatis and infertility. Int J Androl 1983 Oct; 6(5):405-13
  46. Shortliffe LM, Sellers RG, Schachter J. The characterization of nonbacterial prostatitis: search for an etiology. J Urol 1992 Nov;148(5):1461-6
  47. Ludwig M., Hausman G., Hausman W. et al. Chlamydia trachomatis antibodies in serum and ejaculate of male patients without acute urethritis. Ann. Urol. (Paris) – 1996 – vol. 30 p. 139-146
  48. Koroku M, Kumamoto Y, Hirose T: A study of the role of Chlamydia trachomatis in chronic prostatitis--analysis of anti-Chlamydia trachomatis specific IgA in expressed prostate secretion by western-blotting method. Kansenshogaku Zasshi 69:426-437, 1995
  49. Mazzoli S., Meacci F., Salis S., Poggiali C. Anti Chlamydia trachomatis specific immune response in sera and secretions of patients affected by prostatitis: in vivo production of IgA and IgG, secretory IgA, anti LPS antibodies, IgA1 and IgA2 subclasses, interleukins 6, 4 and 10. Proceedings 3rd Meeting of the Society for Chlamidia research. Vienna. Sept.11-14 1996; p.160.
  50. Meacci F., Salvi A., Mazzoli S. Chlamydia trachomatis specific immunoparameters and cytokine production in semen from males affected by prostatitis // Infect. Dis. Obstet. Gynecol. - 1996. - Vol.4, № 3. - P.199-200.
  51. Mazzoli S. Can the detection of antibodies to Chlamydia support the specific diagnosis in the various manifestations of chlamydial infections? Proceedings 3rd Meeting of the Society for Chlamydia research. Vienna. Sept.11-14 1996; p.354.
  52. Чеботарев В.В., Гомберг М.А. Сравнительная эффективность различных схем лечения осложненных форм урогенитального хламидиоза у мужчин. ИППП 2001(3) стр.18-21
  53. Stamm W. Chlamydia trachomatis infection of the adult. “Sexually transmitted diseases” 3rd edition. Eds. Holmes K.K. et al New York 1999. p. 410.

Адрес для корреспонденции: kovalyk@mail.ru


Вернуться в раздел Статьи